Перед началом войны США и Ирана президент России Владимир Путин мог планировать изменение подхода к переговорам с Украиной. Об этом в своей колонке для The New York Times написал журналист и политический обозреватель Михаил Зыгарь.
Уже с начала года в России стремительно падали доходы бюджета, сокращалось производство, бизнес терял доступ к кредитам из-за заоблачных ставок, а риски массовых банкротств только росли. Особенно показательной стала ситуация с нефтью, которую Россия была вынуждена продавать со значительным дисконтом, что больно ударило по ключевым доходам государства.
В таких условиях Путин, ранее фактически игнорировавший экономические предостережения, в феврале начал внимательнее прислушиваться к ситуации. В его окружении заговорили о том, что экономические трудности могут заставить Кремль хотя бы частично пересмотреть свою позицию по войне и задуматься над вариантами переговоров.
Зыгарь отмечает, что российский диктатор готовился отстранить от переговоров своего спецпредставителя Кирилла Дмитриева и назначить на его место главу «Роснефти» Игоря Сечина.
Параллельно ходили слухи о потенциальной перезагрузке правительства, которая могла задеть и премьера Михаила Мишустина. Все это выглядело как подготовка к возможному политическому маневру.
“Это был признак того, что Путин, возможно, начнет серьезно относиться к переговорам”, — говорится в материале.
Однако после начала новой войны на Ближнем Востоке, пишет Зыгарь, цены на нефть взлетели, и экономические проблемы России, на которые Путин «внезапно начал обращать внимание» в этом году, потеряли свою остроту.
Вместе с этим Путин потерял стимул для скорейшего урегулирования конфликта с Украиной.
Вы поможете этому сайту, сделав несколько перепостов его публикаций в социальных сетях (Facebook, Twitter (X), Google и других). Сделай доброе дело!
Подписывайтесь на наш Телеграмм-канал https://t.me/censorunet и YouTube канал
