Если то, что происходит с государством, сравнивать с тем, что происходит с условным человеком, то можно найти места на временной шкале, когда наступили те или иные стадии развития. По крайней мере, самые важные из них.
Во всяком случае, момент рождения уж точно никто не потеряет и не пропустит, поскольку его отмечают как день рождения человека и называют либо днем независимости, либо днем республики, но это – праздничная дата и сомневаться в этом нет смысла.
Немного сложнее с днем смерти. Дело в том, что погибая, государство не превращает свою территорию в какую-то черную дыру и на его месте рождается что-то новое. Иногда это происходит ровно в тех же границах, а иногда – с их существенным изменением.
Бывает, что на этом месте рождается целый набор новых государств или территория, утратившая свою государственность, разделяется между соседями или поглощается одним соседом. Тем не менее, люди, живущие на этой территории, очень редко относятся к такому событию как к смерти былого государства. Мышление человека все же ориентировано на позитивную тональность и потому там просто возникнет день независимости нового государства.
Лучший тому пример – Украина. Мы празднуем свою независимость, которая возникла на руинах умершей 30 лет назад страны, которую называли «советским союзом». У него нет конкретной даты смерти, хотя таковой называют время проведения «Беловежского саммита», но на самом деле, к тому времени уже несколько бывших республик совка провозгласили свою независимость. Так что тут можно говорить лишь о диапазоне времени, а не о конкретной дате.
А пример здесь показателен потому, что на самом деле, история нашей государственности началась не 30, 100 и даже не 1000 лет назад, а гораздо раньше. Более того, за все это время наша государственность имела несколько форм, начиная от княжеств и даже королевства и до республики. Причем, не нынешней, а УНР, когда были формализованы буквально все атрибуты этой государственности.
Тем не менее, через месяц мы будем праздновать тридцатилетие независимости, хотя это событие должно бы называться днем восстановления независимости. Такая формулировка была бы точнее и сразу отсылала бы во времена УНР.
Но вот сейчас, на наших глазах, мы наблюдаем процесс гибели соседнего государства – Беларуси. Примерно год назад она вошла в стадию агонии, что в принципе могло бы стать моментом возрождения, но не случилось. После подавления массовых и невиданных до того времени протестов, агония прекратилась и начался процесс умирания, который сейчас уже преодолел порог необратимости.
В общем, как и любой живой организм, страна должна показывать способность поддерживать свою жизнь как на уровне внутренних процессов, так и в плане взаимодействия с внешним миром, а при отсутствии того и другого, можно утверждать, что пациент скорее мертв, чем жив. И в данном случае все выглядит именно так.
Оно и понятно, поскольку после прошлогодней агонии, связанной с подтасовками на выборах, непризнания их мировым сообществом, переизбрания Лукашенко на первый пост, Беларусь лишилась легитимного, с точки зрения международного права, президента. А раз так, то внешняя политика почила в Бозе и Луке осталось довольствоваться признанием исключительно маргинальными диктатурами.
По сути, внешняя политика Беларуси уже полностью делегирована Москве, которая и ведет переговоры об интересах Беларуси.
(Окончание следует)
